Вхожу в ванную, не сразу замечаю, что ее заливает мутной водой, проникающей через трещину в полу. Иду в детскую, где спят двое малышей (девочка и мальчик). Пол мокрый и тут. Догадываюсь, что наследила мама*. Дети просыпаются, тихо говорю: «Спите, спите».
2324
Идем по системе внутренних дворов, между невысокими домами. Слева стоит группа парней, несутся возбужденные крики, назревает драка. Проходим мимо. Несколько раз оборачиваюсь, но до потасовки, слава Богу, дело не доходит. В одном из соседних дворов та же картина. Один из парней начинает жестокую драку, а еще один, в нее не вовлеченный, хватает (сзади) за горло меня! Инстинктивно напрягаю мышцы шеи. Почувствовав это, парень легонько, поощрительно (за то, что не испугалась) тряхнул меня и убрал руки. Он нападал не для того, чтобы выяснить мою реакцию. Он напал, чтобы напасть, но моя реакция изменила его намерение.
2325
Массивная, вертикально стоящая книга, в верхней части корешка которой вытиснены (в два ряда) слова: «Юбилей Бин-Ладена».
2326
Иду в кино с темным, набитым бумагами портфелем. Там же лежат банковские чеки (на сумму десять тысяч денежных единиц). Чеки бегло визуализируются внутри портфеля - энное количество четвертушек чистой белой бумаги, засунутых между остальным содержимым. Плутаю по невнятным дворам и улочкам темноватого одноэтажного поселка, спрашиваю у прохожих дорогу, добираюсь до кинозала. Сдаю (по требованию) портфель на хранение. Заполучить его обратно оказывается так непросто, что я, потеряв терпение, готова уйти без него. Женщина-контролер преграждает мне путь, говорит, что я не смогу уйти, пока не дам разъяснений в отношении обнаруженных в портфеле чеков на крупную сумму. Добавляет, что это связано (каким-то образом) с Каданэ, которая меня тут ждет. Входим в большую светлую студию, вижу Кадане играющей со своим (сновидческим) сынишкой. Она выглядит поразительно молодо, не могу отвести взгляда от ее живого, светлого лица. Она, прекратив игру, смотрит на меня. В ее глазах нескрываемый ужас, Каданэ буквально цепенеет от моего вида. Мягко, с сочувствием говорю: «Не пугайся. Во-первых, мне пришлось много пережить, да и сейчас это еще продолжается».
2327
Моя бабушка* признается, что ненавидит младшую внучку. На миг смутно видятся двое детей — мальчик (левее) и белоголовая девочка (правее). Я (старшеклассница) с тревогой спрашиваю: «Но ты ведь не желаешь ей зла?» Бабушка дает понять, что зла не желает.
Идем, весело гомоня, к морю. Путь не был простым. Что-то фантастическое было как в окружающем пространстве — мы пересекали темный городок — так и в том, что с нами по пути происходило. В конце сна все разбрелись. Иду с одной из девушек, видим в отдалении, на темном крыльце, еще одну. По ее мимике и телодвижениям предполагаем, что что-то случилось, опасения оказываются ложными. Со смехом пересказываю виновнице переполоха наши немыслимые предположения. Она что-то отвечает, причем одну из фраз произносит, как бы невзначай, на русском языке. Я ошеломлена. Дело в том, что девушки, среди которых я нахожусь, русского языка не знают, мы общаемся на их языке. Как это часто бывает с сильными, неожиданными впечатлениями, это мигом куда-то провалилось. Мы опять сбились в ватагу, все опять наперебой гомонят. Но вот то одна, то другая повторяют проделку первой — с их уст изредка срываются фразы на русском. Я настолько сбита этим с толку, что ничего не в состоянии понять. Тем более, что все держатся непринужденно, будто не замечая срывающихся фраз. Никто никак не реагирует — ни испускающая фразу, ни слышащие ее. Не знаю, что и думать, и вид у меня преглупейший.
2329
Мысленная фраза: «Одна сумасшедшая обезьянка».
2330
Мысленный диалог: «Сколько ехать?» - мягко спрашивает женский голос. «Откуда?» - более грубо отзывается мужской. «Вот с этой нашей остановки», - говорит женский.
2331
И все-таки я сообразила, как можно легко и просто скрепить два черных квадрата. Нужно загнуть их углы, наложить квадраты друг на друга, пробить в согнутых углах отверстия и стянуть их бечевкой. Все это не только мыслится, но и видится.
2332
Прошу хозяина домика, в котором временно проживаю, доставить немного снега и облепить им торчащий в палисаднике земляной бугорок. Это будет для меня горка, я буду с нее кататься.
2333
Кто-то стучит во входную дверь (и даже потряхивает ее). Бесшумно подхожу, прислушиваюсь. Тишина. Решаю подать голос: «Кто там?» Раздается нечленораздельное причитание. Молча слушаю. Человек за дверью, оборвав причитание, отчетливо говорит: «Не скажу!» В тоне - угрюмая обида, чуть наигранная или наивная. Слышу удаляющиеся шаркающие шаги. Когда они стихают, осторожно дергаю дверь — она оказывается не на замке. Лишь разболтанная щеколда удерживает ее в закрытом состоянии. Значит, этому человеку удалось вскрыть замок, и лишь хлипкая задвижка помешала ему проникнуть в квартиру?
Никак не удается выйти к месту, где припаркован одолженный у Киры автомобиль. Бегло, смутно, не в цвете видится он у поребрика пустынной улицы. Снова и снова выхожу из похожего на площадь двора, обрамленного величественными, дворцового вида зданиями, и неизменно возвращаюсь обратно. Надеюсь, что ноги выведут меня к нужному месту, но пока этого не происходит. Всякий раз оказываюсь на запруженной пешеходами улице, рядом с остановкой, на которой стоит производящий посадку автобус. Вот я опять вернулась во двор. Случайно замечаю еще один выход из него, решаю попробовать воспользоваться им. Оказываюсь в полном неуловимого волшебства и очарования старом сквере. Со множеством скульптур (на мотивы произведений Пушкина), с огромными, вековыми деревьями и широкими, прихотливо извивающимися дорожками, вдоль которых стоят старинные массивные скамьи. Наверно, была весна, сквер усыпан опавшими сережками. Справа, на излучине дорожки кошка деликатно лакает воду из прозрачной лужицы, на поверхности которой тоже плавают сережки. Из сквера выхода нет, возвращаюсь во двор. Думаю о том, что не помню обратную дорогу, а ехать нужно будет через весь, большей частью незнакомый мне город. Бегло, сверху видится бескрайний мегаполис. Как же я доберусь до места? Знаю, что ехать нужно на восток, ориентироваться можно, допустим, по солнцу. Справа, над крышами домов на миг возникает красный солнечный диск, единственный тонкий красный луч которого направлен в мою сторону. Но у меня нет карты города, улицы могут петлять. А вдруг я въеду под «кирпич», это без водительских-то прав. А вдруг в машине мало горючего, и мне его не хватит? Но даже если хватит, и мне удастся добраться до восточной части города, мне что же, придется прочесывать там улицу за улицей? Похоже, что придется, пока на глаза не попадется знакомый ориентир... И тут я просыпаюсь, с фрагментом непонятно кому принадлежащей мысленной фразы: "...несмотря на то, что это была настоящая жизнь...".
2335
Мысленная фраза (мужским голосом, обеспокоенно): «Подождите, у меня же точно не получается» (на самом деле).
2336
Мысленная фраза (отчеканенная женским голосом и отозвавшаяся гулом в смутно видимой пустой комнате): «Иди сюда!»
2337
Смутно видимая женщина-конферансье в строгом черном костюме с белой блузкой объявляет хорошо поставленным голосом: «Сейчас выступает перед всеми культурный советник».
2338
Фрагменты мысленной фразы: «..но все это не идет ни в какое сравнение с ... которые подавляли огонь, перераспределяли его...».
2339
Неполностью запомнившаяся фраза одного из персонажей сна: «И очень скоро события сложились таким образом, что...».
2340
Фрагмент сообщения одного из персонажей сна: «При этом ... держались очень сдержанно».
2341
Фрагмент диалога невидимых собеседников. «Вот ты говоришь, - рассудительно говорит один, и после непродолжительной паузы продолжает: - Здесь нужно нефть по любой цене, вот здесь вот». Появляется расстеленная на столе светлая карта с условными обозначениями, в том числе Х-образными метками. По одной из них говорящий постукивает указательным пальцем (палец показан крупным планом, а видимый участок карты относится к сухопутному району).
Мысленная фраза: «Теперь упало в цене на несколько пунктов». Появляется чья-то рука, тянущаяся к листу бумаги со строчками каких-то данных. Я (спящая на животе) синхронно, быстро провожу безымянным пальцем левой руки по простыне. Провожу будто бы по одной из строчек снящегося листа(!), и от этого движения просыпаюсь.
2343
Мысленный диалог двух голосов — азартного писклявого и обычного, спокойного.
Выхожу утром из спальни в салон гостиничного номера. На задней стене, от пола до потолка, широкая полоса неподвижных серых бабочек и насекомых. Отправляю за окно одну бабочку, вспоминаю, что опять забыла полить комнатные растения. Бегло, смутно видятся чашка с водой и цветочный горшок. Задумываюсь, как напоминать себе о поливке - может быть, держать у входной двери колбу с водой? Бегло видится входная дверь со стоящей около нее колбой с водой. Смотрю телевизор. Идет эротическая передача. Похожий на врача (или психолога) ведущий демонстрирует (это показано условно) свои яички, произносит длинное, замысловатое слово, обозначающее данную часть тела. Говорит, что слово переводится как «любимые». Добавляет, что у женщин есть нечто похожее. Обнажает свою грудь (женскую), прикасается к ней так же бережно и деликатно, как до этого к яичкам, доказывает, что и по названию эти органы в определенном смысле схожи (в поведении ведущего просматривается сугубо научный интерес). Следует еще несколько таких же безобидных эпизодов (в одном, например, я думала, что нужно зайти к кому-то в соседний гостиничный номер). А в финале грубоватый женский голос говорит мне, с напором, как бы подводя итог всему произошедшему: «Хорошо еще, что не убили, правда?» Заторможенно пытаюсь вспомнить, убита я или нет. Сначала мне кажется, что убита, но потом каким-то образом понимаю, что я не убита, я жива.
2345
Жду у прилавка, когда молодой продавец выполнит мой заказ. Он берет горячую булочку, раскрывает ее, поворачивается влево, к противню, на котором, как я поняла, разогреваются недоеденные посетителями (крупные, аккуратно обрезанные) куски пиццы. Берет щипцами пару кусков, вкладывает в булочку. До меня доходит, что куски обрезаны после того, как побывали в чьих-то руках. Говорю: «Нет, я не буду это есть. Я не знаю, в чьих руках это было, мыли ли эти руки, и так далее и тому подобное». Бегло видится свернутый трубкой кусок пиццы, подносимый к чьему-то рту. Продавец молча возвращает куски на место и поворачивается вправо, чтобы наполнить булочку свежим содержимым.
Смутно видимый мужчина говорит (со смешком): «Конечно, все эти звездочки и вызов вещей очень приятны» (под исходящим от вещей вызовом подразумевается приглашение проявить себя).
По широкому шоссе проезжают редкие автомобили. Автобус, забрав одинокого пассажира, трогается с места. Кто-то (я?) подталкивает автобус сзади, как бы желая сообщить дополнительное ускорение. Две возникшие перед автобусом женщины (больше на тротуаре никого нет) с улыбкой, как хорошему знакомому, машут отъезжающему пассажиру. Сразу за остановкой шоссе круто идет под уклон, а потом так же круто вздымается еще выше. С гребня подъема по встречной полосе движения спускается автомобиль с ярко светящимися фарами.
2348
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (бархатистым басом): «Так что никакого ... у него ради одного коллектива».
2349
Мысленная, незавершенная фраза (мужским голосом, в убыстряющемся темпе): «И у них тоже, так как это был затвор и он немного...».
Вхожу (без стука) к Камиле, в одноэтажную виллу. Молча пересекаю салон, краем глаза вижу Кима, в одной из комнат нахожу Камилу с младшими сыновьями. Спрашиваю, не пришла ли к ним по ошибке бандероль, адресованнная Лучику. Смутно видится трепещущий от нетерпения Лучик, ожидающий дома бандероль, и сама она, обернутая в грубую коричневую бумагу. Бандероль была размером с книгу и содержала что-то, обозначенное во сне словом «Молитва».
Иду по пустому двору. Вижу справа, у люка, склонившихся мужчину и мальчика. Мне интересно, что они делают. Сон крупным планом показывает бронзовых жуков, копошащихся у кромки люка. Их выложили, для приманки мух, мальчик и мужчина. Навозные мухи уже вьются над жуками. Вижу еще один люк, над которым вьется навозная муха, потом она видится на фоне темного байкового одеяла. Голенький малыш тянет к ней руки, взрослый предостерегает: «Беду получишь», и углом одеяла прихлопывает муху.
2352
Мысленная фраза (молодым энергичным голосом): «Что такое, нельзя ли издавать классику?»
2353
Человек держит обшарпанного металлического игрушечного солдатика и пытается отломать левую руку фигурки. После многократных перегибов металл лопается. Сквозь трещину металлической оболочки видится прочное наполнение из гибкого черного материала. Отделить руку солдатика не удается, она удерживается наполнителем.
Смутно, как бы всплывая из неведомых глубин, достигает меня почти неуловимое волновое сообщение, что непонятное и неизвестное на самом деле понятно и известно. Предстает бездонная, бескрайняя толща темно-серой субстанции (не твердой и не жидкой), находящейся там, в неведомых глубинах. Это Разум, древний, мощный, всеобъемлющий. Похоже было, что он лишен органов восприятия (в нашем понимании). Он вызвал у меня необъяснимое чувство симпатии. Вполне возможно, что по натуре он грозен, но это ничего не меняло. Он был Другим, но при этом не чужим - трудно все это объяснить. [см. сон №2295]
2354
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза, протараторенная женским голосом: «...работа, я сейчас по телефону запишу, по телефону запишу, запишу по телефону, пожалуйста».
2355
Мысленный гомон: «Милиционер», «Милиционер», «А где же милиционер?»
2356
Мысленные фразы: «На Западе есть симпатичная страна. На Западе как-то всегда...» (фраза обрывается).
2357
Мысленная фраза: «А вдруг это случится, как у меня, двадцать седьмого января?»
2358
Выхожу на минутку из квартиры (в длинной теплой ночной рубашке), спускаюсь по лестнице. Во дворе ночная темень, молодежь сидит у костра, оранжево-красные языки которого так отчетливо видны и так прекрасны. Оказываюсь на улицах. Темень исчезла. Не могу найти дорогу домой, не могу даже вспомнить название своей улицы. С беспокойством оглядываю себя, чтобы определить, что на мне одето. Вижу юбку, решаю, что все в порядке. Вхожу, как бы по памяти, в парадную, где лестничная клетка похожа на нашу (со сквозным пустым пространством по центру). Подхожу к дверям принятой за искомую квартиры, дверь открывается, убеждаюсь, что квартира не моя.
2359
Находимся в очередном городе. Наша туристическая группа состоит из разновозрастных профессиональных музыкантш (кроме меня). Бродим по торговой части, нам предоставлено время для покупок. Центр забит магазинами и лавчонками. Одна из наших девушек стоит перед зеркалом в нарядной блузке, советую ей купить эту вещь. Девушка признается, что уже потратила деньги. Бегло предстает в, так сказать, производственной обстановке - на сцене, у рампы, в этой блузке, и выглядит прелестно. Смутно начинает происходить нечто совсем другое. На этих же, забитых народом улочках совершаются половые акты со всеми (по очереди) женщинами нашей группы (чуть ли не входящие в программу экскурсии). Сон намеком показывает эти действия. Скоро дойдет очередь до меня, мне известно, что партнером будет молодой рослый негр, я мельком его уже видела. Стою на тротуаре, среди бесчисленных прохожих в светлых одеждах и думаю лишь об одном. Я хотела бы попросить негра, чтобы он принял меры по предохранению от беременности, но понятия не имею, принято ли здесь обращаться с такими просьбами. Стою в глубоком раздумье, косясь на пластиковый пакет, в котором угадываются контуры коробки, похожей на коробку противогаза. Этот пакет - мой, коробка каким-то образом имеет отношение к теме моих раздумий. Так попросить или это не принято? Негр идет в мою сторону, он уже совсем близко, а я все еще не решила, удобно ли попросить, чтобы он предохранялся.
Мне снится, что я СПЛЮ и вижу во сне, как Саша* берет с полки в ванной три предмета (зубную пасту и что-то еще). Потом (я уже не сплю) стою у открытого, залитого солнцем окна, любуясь природой. Тихо подходит Саша, с улыбкой говорит, что взял в ванной зубную пасту. Расширив от удивления глаза, отвечаю, что видела это во сне (там была видна лишь рука берущего, но я знала, что это его рука). Боковым зрением замечаю на моей, еще не заправленной постели растянувшуюся на спине, весело дурачась, сестру в черном пальто. В праведном негодовании поворачиваюсь, чтобы отчитать ее и согнать с кровати. Она (уже без пальто), может быть, только и ждет, чтобы на нее обратили внимание.
2361
Предупреждаю сестру: «Чаще надо ... Желудок — и уже в больнице» (часть слов не запомнилась).
2362
Перебираю (будто бы спросонья) исписанные за ночь клочки бумаги с конспектами снов (чуть ли не те самые, что действительно исписала этой ночью). Ищу в них что-то.
2363
Нахожусь в забитой гостями квартире (все были в темной одежде). У меня с собой два туго набитых деньгами кошелька (сумма невелика, просто кошельки маленькие). По совету хозяев дома кладу их в укромное место. Когда же (кажется, первой) собираюсь домой, кошельков не нахожу, они исчезли. Пораженная, говорю об этом хозяевам дома, упомянув, что, в общем-то, бедна, и эти деньги являлись единственным моим накоплением. Вместо помощи, сочувствия или хотя бы недоумения, хозяева (и гости) набрасываются на меня с бранью. В ошеломлении выхожу из квартиры, спускаюсь по лестнице, по дороге домой полубессознательно анализирую произошедшее. То, что меня ни за что ни про что обругали (да еще так дружно и неожиданно), конечно же, ужасно. Но ведь из-за этого я частично переключилась, слабее чувствую горечь от потери денег. А то, что мне не сочувствовали, тоже объяснимо - раз я смогла хоть что-то скопить, значит, я не так уж безнадежно бедна. Получается, что если, на первый взгляд, поведение этих людей выглядит чудовищным, то по размышлении оно предстает даже полезным для меня (хотя вряд ли эти люди преследовали такую цель, и хотя мной упущен вопрос о том, куда девались кошельки).
2364
Мысленная фраза (произнесенная с завываниями, так рассказывают, например, страшную СКАЗКУ): «Ведь когда он вышел в пустыню, и был там совершенно голый, к нему мог подкрасться любой зверь».
2365
Стою на краю глубокой канавы, собираясь и побаиваясь перепрыгнуть.
2366
Окончание мысленной тирады (надсадным мужским голосом): «...права. И знаете, я не знаю, к чему это».
2367
Мысленная фраза: «Через эти лапки».
2368
На листе писчей бумаги вычерчено карандашом большое широкое кольцо. Вписываю в поле его левой половины (горизонтально) слово «отход».
2369
Мысленная фраза: «Зуи, отец этого Зуи, который гостит у них».
На белом листе размашистым почерком написано что-то про «мисс Старковский». Читаю текст, но сразу же по прочтении смысл уплывает.
Иду к знакомым, взгляд случайно падает на припаркованный мотоцикл, меня охватывает неудержимое желание покататься. Голос разума пасует, я мотоцикл угоняю. Водить не умею, но сажусь в седло, чуть ли не с восторгом еду по улицам, наугад нажимая на педали. Беспокоило лишь торможение. Когда возникала необходимость, я изо всех сил давила на левую переднюю педаль, и мотоцикл вроде бы притормаживал. По этой же причине я особенно не разгонялась. Катаюсь без проблем, с удовольствием. Добираюсь до знакомых, оставляю мотоцикл во дворе, у кирпичной кубической тумбы. Бывшие в мотоцикле вещи (краги, старый свитер и что-то еще) прихватываю с собой. Вхожу в расположенную на одном из верхних этажей квартиру. Спустя какое-то время случайно взглядываю в окно. Около мотоцикла два солидной комплекции полицейских в штатском разговаривают с жильцами, речь идет о мотоцикле. Слышу (непонятным образом) сообщаемые жильцами приметы угонщика, с облегчением убеждаюсь, что описание не соответствует действительности. Не исключаю, что полицейские могут начать обход квартир. Вспоминаю (спокойно) о прихваченных вещах, признаюсь в содеянном находящемуся в комнате молодому человеку. Он молча, невозмутимо, неторопливо извлекает из разных мест комнаты чем-то заполненные коробки, рассовывает по ним улики, возвращает коробки на место. В обставленной старой мебелью комнате, темноватой, тесноватой, захламленной, коробки не бросаются в глаза. Но если полицейские возьмутся тут все перетряхивать, то доберутся и до них. Меня это беспокоит, переставляю коробки с места на место. Здесь присутствовал даже абстрактный, академический интерес - оставить ли коробки на виду или, наоборот, засунуть поглубже. Всё казалось одновременно и надежным и совершенно ненадежным. Вожусь с коробками, признаюсь молодому человеку, что покататься на мотоцикле было так в кайф, что за это даже не обидно понести наказание.
Мысленные фразы (женским глуховатым, издалека донесшимся голосом): «Два ведра. Но что это такое? Два ведра. Больше ничего не должно быть?» (вёдра выступают мерилом).
Мысленная фраза: «Ты уже знаешь — да? - что могут заштрахтовать?»
Мысленный рассказ о результатах лекарственного воздействия на говорящего. Запомнилась последняя фраза: «Я переориентировался — это было интересно и любопытно, начать опять обращать внимание на женщин».
Мысленная фраза (женским голосом, добродушно): «Вась, я тебе скажу, почему».
Еду в автобусе. У меня много вещей, я полуодета и босиком. Перед своей остановкой начинаю одеваться, вижу, что не успеваю, прошу водителя подождать. Он не захотел, выхожу полуодетой, босой, продолжаю одеваться на остановке. Иду куда-то, где происходит много незапомнившихся событий.
Мысленная фраза (четким женским голосом): «Он будет ...гать, но хоть по-русски хорошо» (глагол запомнился неполностью).
Мысленная, незавершенная фраза: «Я до того измучила, не веря ни в какие пожертвования...».
Мысленная, с пробелом запомнившаяся, незавершенная фраза: «Он ворвался, белый, как ... сказал Солме: проснись и..».
Мысленная, с пробелом запомнившаяся фраза (завершившая сон): «А он ... голова, влюбился как дважды два».
Готовится угощение для гостей, бутерброды-канапе из квадратных ломтиков черного хлеба с пышно взбитой бело-розовой массой. Эпизод воспроизводится еще раз. На третий раз там приводится рецепт изготовления канапе (не помню, на каком языке, но не на русском). Читаю его вслух, с последней фразой просыпаюсь, записываю ее: «Дать весь вкус, что имеется в доме». Засыпаю, вижу четвертую часть, все о том же самом, где в финале предстает крытая помойка.
Мысленная, неполностью запомнившаяся фраза: «То есть он не сделал того, что сделал...».
На фоне непонятных манипуляций непонятно с чем, возникают непонятные мысленные слова: «Паз. Паз-пуш».
Еду с Окнесом (начальником) в командировку. Со мной лишь сумка с кредитной карточкой и парой горстей миндальных орехов (предназначенных для бижутерии). По выходе из поезда спохватываюсь, что забыла сумку в вагоне, возвращаюсь. Сумку найти не удается, воспринимаю это без эмоций. На платформе одна из бывших попутчиц говорит нам, что намерена заняться на вокзале частными уроками, так что, если что — она там. Смутно, бегло предстает светлый вокзал, похожий на толстую круглую башню. Среди снующих пассажиров в темной одежде видится небольшой круглый стол, застеленный светлой скатертью. За ним, в ожидании учеников, сидит женщина. Потоптавшись около поезда, решаем пойти к ней.
Мысленная, неполностью запомнившаяся, незавершенная фраза: «...эта стая обезьян, находящихся в, а частично вне ее зависимости...». Смутно видится несколько крупных темношерстных обезьян в кронах мощных деревьев.
Мысленная фраза (мужским голосом): «А сейчас освободим одну систему».
Мысленная фраза: «Как же быть с танцовщицей?»
Мысленная фраза: «Везде цыпленок попал курице под машину».
Мысленная фраза: «Неважно, какие воды».
Нахожусь в гостях у Пети, в селении Адамс. Запомнилось, что мне было там хорошо. В этом сне возникли три слова, разнородные, не взаимосвязанные. Первое означало абстрактное понятие, остальные – понятия предметные. Я повторяла их ночью в одном и том же порядке: то-то, то-то и "перекладина". А окончательно проснувшись поутру, помнила лишь последнее.
Сопровождающееся сильной радостью воссоединение двух половинок. Они состоят из аморфной серой субстанции (с выходящими за пределы поля зрения границами) и представляются мне половинками гигантского шара. Воссоединение происходит путем неторопливого, неотвратимого поворота соприкасающихся нижним краем половинок навстречу друг другу. Плоскости предстоящего сопрокосновения испещрены лабиринтоподобной системой бугорков, выступы которых совпадают, и в процессе воссоединения сминаются (я проснулась до того, как процесс был завершен).
Мысленная, незавершенная фраза: «Even cool встреча не смогла...» (не смогла на что-то повлиять).
Окончание мысленной фразы (спокойным женским голосом): «... а то она проснется».
Мысленные фразы (энергичным тоном): «Здравствуйте! Валерий есть? Щенка отдам».
Мысленный диалог (женскими голосами). «Это лист ему подходит». - «Лист-то? Этот беленький, не всегда». Смутно, неразличимо, в густо-серых тонах видятся два (женских?) силуэта, а между ними — маленький, детский, с белым (бантом?) на голове.
Мысленно строю фразу: «Переход of...». Лезу в словарь, проверить правильность выбранного предлога (мне нужно образовать родительный падеж). Речь в моей фразе пойдет о чьем-то переходе к другому образу действий или мыслей.
Мысленная, с пробелом воспринятая фраза: «А когда ... пошлите мне свою записочку».
Стоим у невысокой каменной ограды. Кто-то говорит, что Окнес влюблен в женщину, которая об этом не подозревает (кажется, имеют в виду меня). Он, будто бы, убежден, что этой женщине подходит именно такой, по его определению, «человек с костистым лицом». Справа приближается он сам, с пакетом семечек. Не оборачиваясь, протягиваю руку, загребаю горстку.
Девочка-подросток, кому-то возражая, заявляет: «Ничего подобного! Мама сказала: у — они, вы — и...», тут девочка осеклась (последняя фраза произносится ритмично, парами-противопоставлениями).
Мысленная фраза: «В этом старухе через полчаса уже слышно».
Мама* с Петей (ребенком) на даче, в лесу, за железной дорогой (во сне лес был большим, настоящим). Поздний вечер, мне все никак не уйти с работы. Возимся с Диспетчером над двумя тяжелыми чемоданами, не можем сообразить, как их перенести, Лэр пробует нам помочь. Диспетчер вертит чемоданы, придумывает всякую ерунду. Нервничаю, говорю, что не могу валять дурака, уже поздно, я должна ехать к сыну, и мне будет страшно идти по темному лесу, да еще с тяжелым чемоданом.
Мысленная, с пробелом запомнившаяся, незавершенная фраза: «Если бы ... я авторскую написала бы...».
Внезапно ощущаю трепетания сердца - серии учащенного сердцебиения. С моим сердцем такое происходит периодически, обычно я фиксирую сознанием лишь сам факт. Но на этот раз серии более продолжительны и слишком часты. Спокойно, чуть ли не деловито отдаю себе отчет, что такой приступ может привести к разбалансировке и остановке сердца. Наваливаюсь на край высокого комода, прижав к груди скрещенные руки, чтобы лучше слышать сердцебиения. На миг возникает графическое их изображение (в виде групп жирных черных вертикальных штрихов). Чем дольше продолжается сбой, тем неизбежней кажется летальный исход, возрастающая вероятность которого принимается мной спокойно.
Сон, персонажем которого была чему-то удивлявшаяся Ивона.
Мысленная фраза (бодро, припеваючи): «И пойду детей лечить».
Множество гостей за длинным банкетным столом. Одна из женщин, протягивая руку за закуской, неспешно говорит: «Здесь дядя Ира сядет». Кто-то степенно вторит: «Вот дядя Ира придет и сюда сядет» (не исключено, что это произнесла та же женщина).
В конце сна чья-то рука простирается, ладонью вниз, над массивом находящихся вплотную друг к другу элементов. Они похожи на увеличенные спички, их темные головки были величиной с детский кулачок.
Фрагмент кинофильма из жизни великосветского общества, разворачивающийся в окружающем пространстве. Современная аристократка, недовольная связью дочери с богатым ловеласом, выслеживает их. Крадется, худощавая, экстравагантно одетая, вдоль окон многосекционного стилизованного бунгало в красивом диковатом углу парка, окружающего резиденцию героинь. Заглядывает в окна, пытаясь определить, где укрылась барышня со своим другом. Под ИХ окном с одежды дамы падают на землю два одинаковых серебряных кольца. Она, не заметив, удаляется вправо, за пределы поля зрения. Из окна (того самого) легко выпрыгивает спортивного вида молодой, нарядно одетый мужчина (ОН). Удаляется вправо, вскоре возвращается обратно. Ожидаю, что он заметит кольца, но он, ничего не замечая, классным прыжком супермена запрыгивает в комнату (не только не помогая себе руками, но даже не повернувшись к комнате лицом). Сон показывает тропку под окном, где должны быть кольца, но их там нет. Они лежат на подоконнике, через который только что перемахнул ненаблюдательный герой. Колечки лежат рядом, поблескивая в ночном полумраке (до этого было светло). Вокруг разлита тишина, кольца все на том же месте, на них падают лучи восходящего солнца (судя по форме солнечных пятен, лучи проходили через оконную фрамугу).
Объясняю тонкости сновидений сидящему рядом, условно видимому мужчине: «Если во СНЕ хлеб видится сыром, это означает, что явный СОН перевернулся».
Вышел из строя мой мобильник, внутренности его превратились в труху.
Стычка между противоборствующими группировками, в толпе, в узком проходе рынка. Все происходит молча, без единого звука. Крепкий, средних лет мужчина получает несколько весьма ощутимых тычков (для удара в толпе было не размахнуться). Захваченный схваткой, не обращает на них внимания.
Мысленные, неполностью запомнившиеся фразы (спокойным женским голосом): «Да ... из года в год теряли свою оригинальность. Но они не ...».
Возникли (мысленно или визуально) три близких по смыслу слова, отражающие суть незапомнившегося сна. Слова были из высокого лексикона. Одна за другой, друг под другом, строятся три фразы, имеющие одинаковый смысл и содержащие по одному из этих трех слов. Фразы тоже были изысканны. Но завертелась в голове и своими повторениями разбудила меня фраза иного пошиба: «Почему два дурака должны ждать третьего?» (не знаю, была ли она адаптацией предыдущих).
В этом сне все крутилась короткошерстная светло-рыжая собака среднего размера и веселого нрава.
Несколько снов этой ночи не запомнилось, но зато я видела (и запомнила), как они удалялись — плоские изображения ускользали в нижний левый угол поля зрения и скрывались за ним.
Мысленные фразы (решительным женским голосом): «А лучше, если тебя с ними не будет. Не будет у тебя с ними друзей».
Мысленная фраза: «Даже в Царство прошлого пришлось прогулять(ся)».
Начало мысленной фразы: «Их внутренним молитвам должна...».
«Вот, вот, вот, вот едет эта игрушка! Мам, давай немного уходи в сторону», - говорю я маме*, глядя на груженый самосвал, останавливающийся перед закрытыми воротами в наш двор. Мы чаевничаем за небольшим столиком внутри двора.
Мысленная фраза (энергичным женским голосом): «Раз (уж) двухкопеечных нет, двух(копеечных)» (заключенное в скобки подразумевается).
На нарядном, застеленном белой скатертью столе, среди искусно расставленых яств, стоит, странно наклонившись, темная бутылка вина. Такое впечатление, что дно ее скошено влево. Но когда кто-то (кажется, я) берет ее в руки, дно видится скошенным в противоположную сторону.
Пышное празднество в большом нарядном зале. Множество гостей в богатых, не нашего века, нарядах, танцуют что-то старинное. Сон начался как черно-белый, и плавно перешел в цветной, окрасив одежды танцующих в благородные светлые тона.
Еще один сон на эту тему, где намечается позитивный сдвиг в решении проблемы. [см. сон №8751]
Мысленная фраза: «Вот ты орешь: чтО ты капаешь, чтО ты капаешь». Видится чья-то согнутая в локте рука, по которой стекают капли темной крови.
Обрывки мысленной, незавершенной фразы: «Вот что я сделала, ... и пройдя предварительную проверку...».
Смотрю на большой аквариум, дно которого устлано камешками и чем-то еще, а воду (чистую, прозрачную) только что начали напускать. Думаю, как же Петя сможет донести его до селения Адамс, ведь аквариум неподъемный.
Не успеваю уснуть, как вижу высокую отвесную кручу огромных валунов. И хотя сама там не нахожусь (и не имею к круче отношения), она почему-то вызывает чувство дискомфорта. Сужу об этом по тому, что быстро открываю на мгновенье глаза, чтобы прогнать сон (я пользуюсь этим приемом в подобных случаях, если сон еще не очень глубок).
Мысленная фраза: «Она принесла сегодня».
Мысленный диалог. Бормотание: «Земляничная поляна. Земля-нична-япо-ляна. Это не из семьи Бергмана». - Возражение: «Но это его фильм!».
Иду на день рождения, размышляя о неопределенности с подарком. Мне неизвестно, купил ли подарок мой партнер, тоже приглашенный на торжество. И если он явится с подарком, как поступить с тем, который несу я? Оставлять впрок и передаривать не врученный подарок нельзя, это плохая примета. Но и дарить больше, чем принято, тоже негоже, это выглядит глупо и даже как-то неприлично.
Мы с Петей и друзьями (ощущаемыми) проводим летний отпуск в деревне. Приближается время отъезда, заводятся разговоры об обратных билетах. Все вдруг решают вернуться по домам, не дожидаясь конца отпуска, и если не окажется билетов напрямую, добираться через Москву. Бегло видятся полустанок в чистом поле и московский вокзал. Кто-то приносит несколько одинаковых флаконов духов. Кто-то говорит, что было бы лучше, если бы духи были разными. В комнате остаюсь я одна. Входит Петя, говорит, что совершит сейчас превращение. Берет флакон, проделывает пассы, и вот в его руках уже другой флакон. Интуитивно чувствую, что это фокус, ловкость рук. С недоверчивой улыбкой говорю, что это было не превращение, а фокус. Петя небрежно соглашается: «Ладно, все равно пролилось». Он имеет в виду духи, вижу следы влаги на пальцах его все еще не опущенных рук. Петя виделся неотчетливо, лица его я не видела, но воспринимала спокойное, безмятежное состояние духа и отстраненное, равнодушное отношение к результатам попытки превращения флакона.
Решаю выбирать для прогулок места, куда нужно добираться на автобусе, кладу в сумку все необходимое (книгу, еду и т.п.). Автобусы подходят один за другим, не могу решить, на какой лучше сесть. Решаю, что вполне могу прогуляться пешком. Иду куда глаза глядят. Вижу усыпанное изумительными белыми упругими цветами дерево. Две девочки намереваются отломить ветку. Решаю последовать их примеру, отломить несколько веток, чтобы дома поставить в вазу. На миг предстают усыпанные цветами ветки на столе, в узкой прозрачной вазе. Осматриваю дерево с этой целью.
Чудесный летний день, охряные стены нашего коттеджа золотятся на солнце, во дворе свежая зелень. Мне лет двадцать пять, на мне бикини (а может быть, topless), в руках ведро, полное живой воды. Огибаю дом, вижу в кустах у забора Киру. Притаилась около мальчика (нашего), готовит мне сюрприз своим появлением. Не стремясь к встрече, вижу, что внимание Киры направлено на ребенка, украдкой пробираюсь к веранде. Приходится преодолеть перекинутые через яму шаткие мостки, из-за чего слишком поздно замечаю появившегося (сюрпризом) Юджина. Он уже совсем рядом, за ним тянется Кира. Деваться некуда, с досадой говорю: «Ну дайте мне хотя бы одеться! Я не могу в таком виде» (персонажи виделись условно, а коттедж, его зеленое окружение, весь этот погожий летний полдень и вода в ведре были полны жизни).
Ареной действия является жилой, неплотной застройки квартал с невысокими старыми домами. Действующими лицами - небольшая группа, Петя и я (в качестве пассивного наблюдателя). Петя раз за разом прячется, группа раз за разом его отыскивает. Все это происходит как-то механически — без азарта, свойственного бы игре или преследованию. Непонятно, что это было такое, демонстрировавшееся к тому же условно. Прятался Петя за домами, а иногда и в домах. Потом справа, на свободном от застройки участке, земля оказывается покрытой холмами свежего белейшего пушистого снега. Пару раз виделось, что группа отыскивает Петю в снежных холмах — заходят с тыла и выкапывают его (с занимаемой мной позиции тылы не видны). Группа состояла из пяти-шести полупризрачных фигур в темной одежде, Петя тоже виделся условно. Сон не показывал, как он прятался, я лишь раз за разом видела, как его находят. И — может быть, именно поэтому? - в финале умозаключаю: «ПЕТЯ ПРЯЧЕТСЯ, НО ПРЯЧЕТСЯ ТАК, ЧТОБЫ ЕГО СМОГЛИ НАЙТИ».
Мысленная фраза (женским голосом, начало гнусаво, окончание бодро): «Прошедший год это совсем не то».
Мысленная фраза (мужским голосом, деловито): «Не столько время, сколько в штатах, по-моему».
Окончание мысленного перечисления (женским голосом): «...сколько — на дорогу, сколько — у меня стОят научные труды».
Мысленная, незавершенная фраза (женским голосом): «Работала и будет работать не для того, чтобы раз в неделю...».
